Банкет адмирала

В этот утренний час холл паба «Утопленница» наполнялся прохладой толстых каменных стен и негромкими звуками занятого повседневными делами персонала. У дальней стены — официантки сплетничали о чём–то своём, о женском. За стойкой — бармен протирал стаканы.

— Шторм и гром, капитан! — поприветствовал я Бадерона, плюхаясь на высокий стул возле стойки бара.

— Эхой! Каким ветром занесло в нашу гавань? — воскликнул предводитель авантюристов. — Где был, что видел?

— Любовался ландшафтами Нижней Ла Носки, знакомился с достопримечательностями и местной фауной, — похвастался я своими приключениями. — Видел каменное веретено, нечаянно потерянное богиней Нимеей, кормил зверушек в подземном зоопарке…

— Каких таких зверушек? — не понял Бадерон.

— В Кедровой долине хулиганила стая кобольдов, — пояснил я. — Обгрызали садовые деревья, нападали на обозы с едой. Мы с фермерами Красного Петуха поставили бо–о–ольшую мышеловку, закатили туда телегу «сыра»… Вот только бесплатно никто из грызунов оттуда не вышел.

— Эх…, — вздохнул Бадерон. — То, что ты видел — лишь мелкая первая волна. За ней последуют другие и разразится шторм.

Война с кобольдами с переменным успехом длится с тех времён, как первые колонисты прибыли на этот остров. Катастрофа, устроенная драконом Багамутом, больно ударила как по нам, так и по земляным тварям. И мы и они решили выиграть время, зализать раны, перегруппироваться. Договорились о перемирии и разделе острова Вилбранд. О'Гоморо — северная часть — отошла кобольдам, а Ла Носка — южный полуостров — Лимсе Ломинсе. Граница прошла по горному массиву.

Нехватка еды и перенаселённость заставили кобольдов нарушить соглашение. Пользуясь тем, что Лимса Ломинса слаба, они пытаются захватить обширные участки Ла Носки. Многим, не только фермерам Кедровой долины, угрожает опасность.

В гарнизоне «Водоворот» знают об атаках кобольдов. Но заняты опасностью пострашнее. Кобольды собирают кристаллы, чтобы призвать Титана. Он для них бог и супер–оружие. Пока он с ними, они верят в свою непобедимость. Если нам удастся загнать Титана обратно в подземные глубины, большой войны можно будет избежать. Морально подавленные и утратившие самоуверенность кобольды вернутся в свои норы на севере острова.

План кампании по ликвидации Титана только разрабатывается и гильдия авантюристов принимает в этом активное участие. Придёт время, к боевым действиям подключишься и ты. А пока — набирайся опыта, изучай мир.

— А что делать жителям Кедровой долины? — поинтересовался я.

— Защищаться, создавать местное ополчение, отражать атаки вместе с полицией — посоветовал Бадерон. — Других вариантов пока нет.

— Может усилить посты на дорогах? — предложил я.

— Почти весь личный состав полицейского флота задействован для охраны границ, — пояснил Бадерон. — Более того, чтобы хоть как–то пополнить ряды полиции, в гильдию мародёров принимают кого попало, желторотых неопытных юнцов. Не приведи Ллимлайн! В случае боевых действий, ну какие из них вояки?!

Я сидел и молчал, обдумывая то, что сказал Бадерон.

— Ладно, не отчаивайся! Поговорю с полицией, сделаем, что возможно, — пообещал лидер авантюристов. — А как там в доках? Море слухами полнится!

— В доках группа пиратов и наёмники мамул–йа пытались взорвать фрегат «Виктория», — коротко изложил я. — Диверсия не удалась. Наёмники ликвидированы, а пираты взяты полицией под стражу. Но самое интересное не это! У пиратов при себе оказался интересный сувенирчик, — я вытащил из внутреннего кармана куртки свиток и покачал им перед носом Бадерона. — Одно обидно, мы с капитаном Гимтотой не смогли его прочесть.

Бармен развернул свиток и бегло посмотрел на символы.

— Та–дам! — сымитировал Бадерон звуки выигрыша в игровом автомате казино. — Не поверишь! Знаю я одного малого, который это прочтёт. Его зовут… его зовут… Бадерон! Этот парень в молодости подвязался в наёмниках, чего только не узнал о звериных племенах! Хочу тебе сказать, письмо написано сахагиницей, эти символы ни с какими другими не перепутаешь.

Бадерон глазами пробежал сообщение. По мере чтения дурашливое выражение сползало с его лица и заменялось серьёзным. По окончании чтения он уже заметно волновался.

— В свитке подробный план атаки на восемь объектов в Западной Ла Носке, — сообщил он. — Предполагалось, что взрыв фрегата «Виктория» приведёт в замешательство командование гарнизона «Водоворота», они перебросят в Мораби крупные силы и, тем самым, ослабят оборону других мест. Такой продуманный план вряд ли мог породить сумрачный пиратский гений, за которым стоит мелкая кучка бандитов. Это ключевая часть какого–то грандиозного плана. Насколько я понимаю, на верфи произошло следующее. Видимо, пираты заподозрили, что их обнаружили, а может шпионы им сообщили, что Гимтота послала за подкреплением полиции. Вместо того, чтобы следовать свитку, они запаниковали, стали форсировать события и, тем самым, внесли сумятицу в продуманные кем–то действия против Лимсы Ломинсы. Судя по письму, рыбозадым нет никакого дела до фрегата «Виктория». Они делают то, чем занимались и раньше — охотятся за детьми и юношами. Пираты нападут на гражданские объекты в целях похищения людей! Что–то мне подсказывает, что одна из первых атак будет нанесена по посёлку Резвый Окунь.

Лидер авантюристов схватил чистый лист бумаги и длинное изящное перо птицы додо. Ткнул перо в чернильницу и быстрым почерком что–то записал, сложил лист и протянул его мне:

— Вот перевод содержания свитка. Беги в Коралловую башню, найди коммодора Рейнера Хансреда и передай ему. Скажи, что это очень срочно и важно! И, пожалуйста, Гек, помоги посёлку Резвый Окунь. Уверен, ты им понадобишься! Сейчас каждый боец на счету!

В Коралловой башне — командном центре полиции — служба шла своим чередом. Постовые входили, выходили, стояли, сидели и дремали. На внутреннем балконе второго этажа, как на капитанском мостике гордо стоял коммодор Рейнер Хансред. В отличие от видавшей виды жёлтой униформы его подчинённых, на нем красовался новенький фиолетовый кафтан со светло–серым шалевым воротником и морская шляпа. Один край широкополой шляпы удерживала крупная красно–зелёная заколка с золотой отделкой.

— Коммодор, разрешите обратиться? — попытался привлечь я его внимание. — Вам срочное и важное сообщение Бадерона.

— Давайте! — коммодор неторопливо взял и прочитал переданную мной записку.

— Надежда поспать вечером, похоже, отменяется! Пиратами проклятыми нечто затевается, — тягуче нараспев произнёс он.

— Бадерон считает, нападут на рыбацкий посёлок Резвый Окунь, — сообщил я.

— Резвый Окунь? С чего он это взял? — недоумённо пожал плечами Рейнер. — Наши соглядатаи в этом районе ничего подозрительного не заметили. Да и какое значение имеет эта деревушка с военной точки зрения? Стоит себе на отшибе, какой смысл на неё нападать?

— И тем не менее, Бадерон предполагает, что первый удар будет нанесён именно там, — настаивал я.

— Ну, что ж! Бадерон редко ошибается в подобных вопросах, придётся прислушаться. Отправлю…

— Коммодор! — закричал вбежавший в башню полицейский. — Мощная атака сахагинов на Южный Шлюз Западной Ла Носки! Нужно подкрепление! Форт долины Черепов и дня не продержится!

— О Навигатор! Опять ты принимаешь решения вместо меня! — сделал кислую мину коммодор. — Резервным подразделениям приказ к выступлению!

— А что делать с Резвым Окунем? — напомнил я.

— Придётся им защищаться своими силами, — пожал плечами коммодор. — Отправляйтесь туда и передайте приказ сержанту Риссфло организовать оборону посёлка!

Без задержки, прямо из Коралловой башни эфирным потоком я телепортироваля в Резвый Окунь.

— Сержант, срочное сообщение… от коммодора Рейнера, — ещё не совсем придя в себя от перелёта, срывающимся голосом начал я. — На посёлок… в ближайшее время… ожидается нападение.

— Когда прибудет подкрепление? — спросил Риссфло.

— Подкрепления не будет, — покачал головой я. — Возле шлюзов идёт бой. Все резервы брошены туда и нам придётся обходиться своими силами. Начинать нужно немедленно. Прикажите населению закрыться в своих домах и не высовываться.

— Малый, а ты растёшь! — похлопал меня по плечу сержант. — Выглядишь уже не тем сопляком с широко открытыми и перепуганными глазами, которого я недавно встретил на площади Октанта. Говоришь, спрятать население по домам? А ты у них спросил? Что ты знаешь про этот Резвый Окунь?! Катастрофа снесла его до основания, но жители не ушли, не бросили его! С неимоверными трудностями отстроили посёлок заново. Да они зубами будут рвать тех, кто попытается его снова разрушить! Рыбомордым подонкам не сломить их дух! И как бы пираты не давили на нас, мы не отступим ни на ялм! Слышишь, ни на ялм!

— Тогда вооружите их и поставьте во вторую линию обороны, — посоветовал я.

— А вот это правильно! — согласился сержант.

— Тревога! — закричал дозорный.

У ворот стояла банда пиратов с синими татуировками на лицах.

— А вот и мы! — с наглой улыбочкой брякнул главарь банды. — Хм… кого я вижу? Чё здесь делают желтопузые черви? Говорили, они сползаются совсем в другое место? Эт чё, чешуйчатые действуют мимо плана?

— Может отступим и подождём сахагинов? — предложил кормчий.

— Да, плевать! Мы не уйдём с пустыми руками! — рявкнул главарь и повернулся к банде. — Помните? Не убивать детей и юношей! С остальными — как получится. И только попробуйте ошибиться! Тогда ваша кровь окрасит алтарь Левиафана!

Пираты с оружием наперевес бросились в атаку. Основной удар атакующих приняли на себя Риссфло и его соратники. Жители посёлка, стоя за эфиритом, стреляли из луков, бросали дротики и булыжники. Звон стали, свист стрел, воинственные призывы и грязные ругательства наполнили оглушающим шумом маленький рыбацкий посёлок.

— Дави желтопузых! Выпускай им кишки на волю! Круши в полную силу!

— За Лимсу! За адмирала! Не отступать!

Постепенно звуки боя затихали. На земле валялись тела пиратов, а раненых желторубашечников жители оттаскивали в свои дома. Вскоре, на ногах остался лишь главарь налётчиков. Он яростно рубился, но чувствовалось, начинает выдыхаться.

— Раргх! Выпотрошу! — рычал синемордый. — Подходите! Станцую на жёлтых кишках!

Размахивая тяжёлым топором, пират проделал быстрый жест рукой и произнёс заклинание. За его спиной в воздухе повисла летающая гаргулья.

— Отойдите! — крикнул сержант.

Едва мы успели отскочить, как огненный глиф гаргульи заполыхал на камнях мостовой. Там, где мы только что стояли.

— Обходите с флангов! Бейте гаргулью! — командовал Риссфло, сдерживая главаря пирата.

Всё колюще–режущее, что было у нас в руках мы воткнули в тело летающей гадины. Гаргулья в последний раз взмахнула крыльями летучей мыши, упала на землю и издыхая рассыпалась каменной пылью. За ней пал и обессиливший пират.

— Братцы, — тяжело дыша обратился Риссфло к тем, кто ещё стоял с оружием в руках. — Классно сражались! Но рано расслабляться. Проверим окрестности вокруг посёлка! Может ещё кто околачивается. Ищите лазутчиков!

Маленький отряд вышел за ворота посёлка прочёсывать местность. Я было пошёл за ними, но странное чувство остановило меня. Кто–то пристально смотрел мне в затылок. Я оглянулся и увидел за эфиритом мага в чёрном балахоне, чёрном капюшоне на голове и чёрной маске на лице. Я сразу узнал его — это он наслал на меня голема в каньоне Шёпот Вайды.

Маг широко взмахнул руками и низким монотонным голосом стал призывать:

Источник силы станет ясен…

Голема победил? Ну, что ж!

Твой день не будет так прекрасен,

Сегодня ты во тьму уйдешь!

О, Величайший Мрак Вселенной,

Изринь из бездны существо!

Чья сила лапы тяжеленной,

Навеки умертвит его!

Фиолетовый туман окутал мага, на чёрной матовой маске загорелись ярко– красные символы. Тьма опустилась на посёлок. Лишь от эфирита исходило слабое голубоватое свечение. Из–под земли медленно поднялась гаргулья. Серая, с длинными изогнутыми рогами на голове; острыми зубами, торчащими

в разные стороны из полуоткрытой пасти. Верхние лапы держали по каменному мечу, а когти на пальцах ступней впивались в булыжники под ногами. Гаргулья зарычала и пошла на меня, размахивая мечами.

Я метался из стороны в сторону, иногда пробегая между ног гаргульи. Рубил топором, искал уязвимое место. Она — то неторопливо наносила мощные удары мечами, круша камни под ногами, то резко бросалась вперёд, стараясь смести, подмять меня под себя, растоптать.

Я не видел, что происходило вокруг меня. Существовал лишь я и гаргулья. Простой выбор — победить или… попытаться победить чудовищного монстра. Никаких мыслей и чувств! Лишь рубить, рубить, рубить… Рубить, несмотря ни на что. Рубить, из последних сил…

— А у вас тут весело! — раздался за спиной знакомый голос. — Танцы в полном разгаре! Гек, какой вы эгоист! С таким партнёром не полагается танцевать в одиночку!

Я почувствовал прилив сил, удалось сделать глубокий вдох, вокруг меня образовался защитный каменный пояс. Прыгнув гаргулье за спину и развернувшись я увидел творящую заклинания Я'столу. Сомнения в исходе боя развеялись. Я уверенно добил подземную гостью, рассыпавшуюся по земле мелкой пылью.

— На этот раз не уйдёшь! — метнулся я к тёмному магу.

Казалось, не я, а мой топор обрушил на него весь гнев за пиратов и похищения детей. Я'стола не отставала от меня.

— Не убоялся гаргульи? — не верил своим глазам маг. — Откуда такая храбрость?

Огненные и ледяные шары полетели в меня и ми'кошку. Но против нас двоих долго он не устоял. Израненный и умирающий он привалился к эфириту и, оставляя на нём фиолетово–кровавый след, медленно съехал на землю.

— Твоё существование угрожает вселенной, — со злобой посмотрел он на меня. — Тебя надо уничтожить… О, униженная мудрость парагонов! Погибнуть от простого смертного! Проклятие! Как холодно…

— Он сказал парагонов? — переспросила подошедшая ко мне Я'стола. — Это плохо! Парагоны — или как их ещё называют аскиосы — приходят из мрака и приносят хаос в наш мир.

На наших глазах тело мага распадалось на фиолетовый туман, который уносили за собой порывы свежего ветра.

— Хей, у вас тут всё в порядке? — раздался взволнованный голос сержанта Риссфло, входящего с отрядом в ворота посёлка. — А что за затмение? Я там в полях на птичьем дерьме чуть ноги не переломал. Здравствуйте, Я'стола! Вы–то здесь каким ветром? Темнота — ваши фокусы?

— Добрый день, сержант! — ответила на приветствие ми'кошка. — Сидела на набережной в Лимсе, мой спектрометр показал чрезмерный уровень концентрации эфира здесь, в Резвом Окуне. Попыталась сюда перелететь, не удалось, эфирный поток Резвого Окуня поглощался чем–то иным. Перелета в Алепорт и скакала сюда на чокобо. Когда добралась, увидела Гека, сражающегося с подземной гаргульей. Воняло так, что слезились глаза и перехватывало дыхание. И лишь когда мы покончили с тварью и аскиосом, тьма рассеялась.

— Аскиосы? Вместе с пиратами? — от удивления вытянулось лицо Риссфло.

— Да, — подтвердила Я'стола. — То, что сегодня произошло в Резвом Окуне, подтверждает, за похищениями стояли аскиосы. Именно они отдавали приказы пиратам и подбивали сахагинов к захвату земель. Страшная доля ожидала похищенных детей — стать кровавой жертвой на алтаре Левиафана. Уничтожение банды, несомненно, на некоторое время остановит похищения, но потом, на их место придут другие. Так будет до тех пор, пока в наших водах хозяйничает Левиафан и сахагины поклоняются ему. Ну, что ж! Мне пора! Счастливо!

— Передавайте привет друзьям зари! — крикнул Риссфло вслед уходящей ми'кошке. — Ну и денёк выдался! — вытер рукавом лицо сержант. — Гек, нам нужно перевязать раненных, а потом перебросить их паромом в Лимсу Ломинсу. Отправляйся к коммодору и доложи, что наше подразделение выполнило приказ. Героически выполнило!

Перелёт и переход по улицам Лимсы Ломинсы до Коралловой башни не отняли много времени.

— Жду вестей из Резвого Окуня! Что там происходит? — нетерпеливо встретил меня коммодор Рейнер.

Я подробно начал рассказывать о защите рыбацкого посёлка. Находившиеся поблизости желторубашечники подтягивались поближе, желая послушать о том, как маленький отряд сержанта Риссфло принял на себя удар пиратов, как героически они сражались и как добили банду. Окружившие нас с коммодором военные переживали за сослуживцев, восторгались их подвигами, по–военному грубовато острили над пиратами.

— Смирно! — неожиданно раздалась команда дежурного. — Адмирал Мерлвииб Блуфисвиин!

В Коралловую башню вошла высокая ругадиинка. Чёрное пальто с белыми обшлагами на рукавах оттеняло бледную, полупрозрачную как рыбье брюхо кожу. Присутствующие почувствовали на себе тяжёлый, давящий взгляд бесцветных, ничего не выражающих глаз. Белёсые волосы, торчали клоками как рыбьи плавники. На принадлежность к военным указывали лишь небольшие эполеты с гербом гарнизона «Водоворот», да крупный двуствольный пистолет на боку. Сопровождал адмирала помощник в красно– белом мундире.

— Вольно! — отдала приказ адмирал. — Добрый день, коммодор! К вечеру подайте мне рапорт о боевых действиях за последние сутки.

— Есть, адмирал! — козырнул Рейнер.

— Новые лица? — вопросительно посмотрела на меня Мерлвииб.

— Адмирал, разрешите представить вам авантюриста Гека Ностра, — положил мне руку на плечо коммодор. — Помогал нашим подразделениям в пресечении попытки диверсии на верфи Мораби и в защите от пиратов посёлка Резвый Окунь. Зарекомендовал себя как преданный друг Лимсы Ломинсы — уверенный, здравомыслящий, храбрый и сильный духом. Не сомневаюсь, в будущем его ждёт славная карьера воина. Надо отдать должное Бадерону, отыскавшему столь способного искателя приключений.

— Приятно, что попутный ветер приводит в гавань Лимсы Ломинсы новых друзей! Авантюрист, от имени города благодарю вас за смелость! Признавая ваши заслуги, приглашаю вас сегодня на банкет в качестве почётного гостя.

— Спасибо, адмирал! — поблагодарил я, немного оторопевший от стольких лестных слов, произнесённых в мой адрес.

Помощник адмирала приблизился ко мне и протянул белый кусочек картона с гербом гарнизона и надписью о времени начала мероприятия.

— Это пригласительный билет, — пояснил он, заметив моё недоумение. — Понадобится на входе.

Адмирал и коммодор углубились в обсуждение оборонительных проблем, вызывая то одного, то другого военного. Я, почувствовав себя лишним, решил пойти и поделиться новостью с Бадероном.

— Дружище, я бы хотел чашечку кофе, — нахально заявил я, поудобнее устраиваясь за стойкой бара.

— Может перестанешь выпендриваться и пивка? — подмигнул мне бармен, взмахнув перед моим носом кружкой и отхлёбывая из неё эль.

— Нет, нет! Пиво опошлит ситуацию. Посмотри! — я положил перед Бадероном пригласительный билет и шутливо объявил. — Сегодня Моё Величество, так и быть, соизволит посетить банкет адмирала в качестве почётного гостя.

Бадерон закашлялся, подавившись пивом.

— Почётный гость Мерлвииб? — выдавил он сквозь смех и кашель. — Так, так! Да ты теперь знатен и могуществен, Ваше Превосходительство! Смех смехом, но, кажется, ты не понимаешь какая тебе оказана честь! Насколько я помню, это первый случай, чтобы адмирал пригласила на банкет обычного авантюриста. Даже офицеры её штаба редко удостаиваются такого признания. Нет, не хочу отрицать — ты заслужил! Вылез живым и невредимым из кровавых передряг! Поздравляю, Гек! Тебе выдался грандиозный шанс набить трюм до отказа и ещё на халяву!

Бармен погремел посудой и поставил передо мной маленькую чашечку парящего кофе:

— Согласен! Перегар дешёвого эля сегодня вечером будет тебе не к лицу! Кстати, а в чём ты собираешься идти? Не можешь же ты припереться на банкет в шмотье, которое на тебе сейчас?! Не–е–т! Герой дня должен выглядеть изысканно, утончённо, обладать хорошими манерами, чтобы не ударить в торт лицом. Нужен наряд, подходящий случаю. Знаешь, Гек! Хватай–ка ты себя за одно место и тащи на площадь Октант в модный бутик. Скажи Джа'нассим, пусть подберёт тебе одежду и запишет на счёт гильдии авантюристов.

— Спасибо за совет, Бадерон! Бегу! — поблагодарил я бармена, убегая к лестнице на первый этаж.

В бутике на площади Октант меня встретила рыжешёрстая ми'кошка в модной чёрно-серой шапочке и бордово-чёрном платье.

— Добрый вечер, сударь! Чем могу помочь? — поинтересовалась она.

— Меня хотелось бы приодеться к сегодняшнему банкету адмирала. Бадерон сказал, лучше вас этого никто не сделает, — прямо выложил я.

— О! Настолько знатные персоны должны одеваться исключительно у нас, — оживилась Джа'нассим. — Вы, конечно, слышали о консорциуме «Брюгер»? Мы крупнейшее объединение торговцев Лимсы Ломинсы. Поставляем модную одежду, оружие и экзотические фрукты. По–секрету скажу вам, что недавно меня назначили старшим ассистентом вице–президента, почтенного Банго Занго. Ах, сделки, торговля... это моё призвание!

Ми'кошка засуетилась, заглядывая на разные полки, открывая и закрывая ящички шкафов.

— Да где ж этот… куда он запропастился? Когда нужен, как назло его нет… — бубнила она и, наконец, обратилась ко мне. — Простите, вы не могли бы немного подождать? Непредвиденная задержка. Обычно, слуга помогает мне упаковывать покупки, но этот поганец куда–то делся! Отправила его утром с поручением в Алепорт и ни слуху, ни духу. Куры его склевали, что ли? Я, конечно, буду скучать по этому маленькому энергичному комочку. Но что поделать?! Уведомлю родню о безвременной пропаже сыночка со своего рабочего места.

— Может ситуация не настолько трагична, — посочувствовал я. — Уж если мне приходится ждать, давайте я прогуляюсь до Алепорта. Местность я знаю… Как выглядит ваш слуга?

— Ах, если вас не затруднит…, — смутилась хозяйка бутика. — Белобрысый лалафель в синей форменной курточке и коротких серых штанишках с белыми гольфами.

Перелёт эфиритом до Алепорта занял пару минут. Гуляя по набережной, я не встретил никого, похожего на слугу из бутика. «Посмотрю в долине Черепов», — подумал я. И точно! Чуть севернее Алепорта я увидел лалафеля отбивающегося дорожной сумкой от двух крупных — раза в два выше его — богомолов. С разбега я прыгнул на ближайшего богомола и рубанул его топором. Не успел второй замахнуться на меня клешнями, как дрыгал лапами в предсмертных судорогах.

— Кхм… Не знаю, о чём вы подумали, сударь, но уверяю вас, у меня ситуация под контролем, — строго стал выговаривать мне лалафель. — Вы что? Приняли меня за желторотого слабака?

— Что вы, что вы! — успокоил его я. — Не хотел вам мешать, но я лицо заинтересованное. Мадам Джа'нассима подбирает комплект модной одежды, а без вашей помощи мне придётся очень долго ждать. Не могли бы вы сделать мне одолжение?

— Ладно уж, так и быть! — великодушно согласился слуга. — Но за это, вы загляните в бюро к моей начальнице и объясните ей, что подчинённых нужно обеспечить средствами защиты. Согласитесь, защищаться дорожной сумкой от агрессивной пакости, ползающей по дорогам, не самое приятное занятие!

— Договорились! — кивнул я.

С моим новым знакомым мы перелетели эфиритом в Лимсу Ломинсу. Он побежал в бутик, помогать с моим заказом, а я отправился на Торговую Аллею встретиться с его начальством.

В бюро слуг меня встретила ругадиинка в тёмно–серой форменной куртке с белым отложным воротником, форменной шапочке и при перчатках.

— Чем обязана? — не очень–то приветливо буркнула она.

Я поздоровался и подробно рассказал о том, как встретил на дороге лалафеля, отбивающегося сумкой от злобных богомолов.

— Хорошо, что подоспели вовремя! Вот только смертей в рабочее время мне не хватало! — безучастно заметила она. — Проверками замучают!

— Вам придётся подумать о том, чтобы вооружить служащих. Времена неспокойные…

— Мне эт' не выгодно! Дополнительные расходы, — не согласилась со мной владелица бюро.

— Сегодня вечером на банкете я встречаюсь с адмиралом, — как бы между прочим, заметил я. — Сообщу ей, что горожане Лимсы Ломинсы, работающие в бюро найма слуг, подвергаются смертельному риску при выполнении служебных обязанностей. Попрошу временно, лет на десять, прикрыть бизнес, до наступления благополучных времён и безопасной ситуации на дорогах. Думаю, так для вас окажется выгоднее.

— Не надо! — поняла, что я не шучу владелица бюро. — Завтра же закуплю холодное оружие и буду выдавать тем, кто отправляется за город. А у вас у самого есть прислуга?

— Нет, я всё делаю сам, — ответил я.

— Оно и видно! Драная грязная одежда; сумка, переполненная ненужным хламом… Прям–таки рыцарь по имени Всё–своё–ношу–с–собой! — не лестно отозвалась она о моей внешности. — Давайте я подыщу вам слугу, который хоть немного будет за вами присматривать?

— Подыщите! — обречённо согласился я.— Что для этого нужно? И ещё я совершенно не умею управляться со слугами. Как это делается?

— А что там уметь?! — пожала плечами она. — Поручайте то, что вам требуется! Если что–то непонятно, слуга подскажет. А если неумеренно раскатаете губу, слуга вовремя принесёт губозакаточную машинку. Давайте заполним регистрационную форму! Какой расы слугу вы хотели бы видеть и какого пола — мужчину или женщину?

— Ммм… хорошо бы порядок в доме наводила… лалафелька, — мечтательно произнёс я.

— Заказ принят! Вот колокольчик. Установите в своей комнате. Для вызова слуги позвоните.

— Погодите! А как с оплатой? — поинтересовался я.

— Платите авансом перед каждым поручением.

— До свидания, мне нужно идти, — попрощался я с владелицей бюро. — Напоминаю, вы обещали вооружить сотрудников. Пожалуйста, не шутите с их жизнями!

В бутике модной одежды меня уже ждали.

— Я подобрала вам полный костюм для дебюта в высшем обществе, — оживлённо щебетала Джа'нассима. — Уделила внимание каждой мелочи! Уверена, вам понравится!

Ухватив приготовленные для меня пакеты и коробки я потащил их домой.

— Гек, да с такой горой багажа тебе следовало вызывать грузовой лифт, — хохотнул надо мной лифтёр, поднимая на второй этаж.

Свалив коробки на кровать, я метался из угла в угол своей комнаты на постоялом дворе в поисках удобного места для заветного колокольчика. «Поставить на подоконник? Слишком узко, упадёт. На письменный стол? Тут я пишу заметки, могу нечаянно смахнуть. А что если…». Я переставил на обеденный стол вазу с цветами, которая до этого стояла на подставке в углу комнаты. А на высокую деревянную подставку поместил колокольчик. «Испытаем!», — довольно улыбнулся я и легонько ударил ладонью по рычажку на верхней стороне звонка. Раздался нежный звон. «Ну как, ещё…». И во второй, и третий раз колокольчик издавал ровный ясный звон. Я со всех сторон разглядывал новую игрушку: «Интересно, как эта штука работает?»… Неожиданно в дверь постучали и вошла лалафелька в синей униформе с бардовой отделкой на манжетах. Белая кружевная пелеринка на плечах стянутая бардовым галстуком–бантом. Серая, короткая юбка. Хвостики рыжих волос удерживали салатовые ленточки, завязанные бантиком.

— И незачем столько звонить! Я и в первый раз прекрасно слышала! — сверкнула она зелёными глазами и сложила губки бантиком.

— Вы кто? — несколько растерялся я.

— Чук! — гордо ответила она. — Ваша новая прислуга. А вы кого ожидали, позвонив в звонок? Адмирала?

— А я — Гек! — представился я. — Очень приятно!

— А что произошло со старой прислугой? Плохо с ней обращались и она ушла? — устроила мне допрос лалафелька.

— Да нет! Прислуживал себе сам! — оправдывался я. — Вы у меня первая помощница и, если честно, я не знаю что вам поручить. Чук, вы не могли бы мне подсказывать?

— Подсказывать, чем бы я хотела заняться? — широко раскрыла глаза от удивления лалафелька.

— Да, — совершенно искренне ответил я.

Чук повертела головой, осматривая мою комнату и оценивая объём работ.

— Для начала, я бы посоветовала разобрать коробки, валяющиеся на кровати, — ткнула она пальчиком. — Ведь так спать неудобно!

— Я их только что принёс. Мне вечером идти на банкет к адмиралу.

— Подрабатываете официантом? — поинтересовалась она.

— Нет, подрабатываю почётным гостем, — покачал я головой.

— Задание понятно, можете заниматься своими делами, — отрезала лалафелька и принялась распечатывать коробки.

«Не буду стоять над душой», — подумал я и вышел из комнаты постоялого двора в холл.

— Гек, ну как, купил? — поинтересовался из–за стойки Бадерон.

— Да, спасибо, дружище! — подошёл к нему я. — Только что отнёс в комнату.

— Оденешься, покажись! Заценю твои новые паруса!

— Обязательно! — пообещал я.

— Девочки, ну что вы сегодня с утра шепчетесь и шепчетесь? Работать кто за вас будет? Левиафан? — прикрикнул Бадерон на официанток, опять шушукающихся в дальнем углу холла.

— А вы разве не слышали?! — подошла к нам Цу'доджби. — По улицам Лимсы Ломинсы бродит сумасшедший и размахивает острой металлической бритвой. Такой можно брюхо кита пропороть! В каждой пивнушке обсуждают эту страшную новость, наводящую дрожь. Горожанки в панике, боятся на улицу выйти. А вы тут стоите такие спокойные! Что, такие смелые? Так пойдите и разберитесь!

Мы с Бадероном переглянулись.

— Хорошо, схожу–посмотрю, — пожал плечами я.

— Маньяка последний раз видели недалеко от гильдии рыбаков, — с опаской сообщила официантка. — Топит он жертвы, точно топит!

Пройдя по Торговой Аллее по переходным мосткам я спустился на Нижнюю Палубу. На улицах и вправду прохожих поубавилось. Со стороны гильдии рыбаков навстречу мне бежала лалафелька, а за ней быстрым шагом следовал долговязый элизен в пёстрой одежде.

— Помогите! — звала дрожащая от страха лалафелька. — Меня преследует слэшер! Остановите, задержите его! Бросьте в тюрьму и выбросьте ключ! Скормите его акулам! Быстрее! Сделайте хоть что–нибудь!

— Что случилось, мадам? — участливо спросил я у подбежавшей ко мне лалафельки.

— Что случилось?! И вы ещё спрашиваете, что случилось?! — запричитала она, заливаясь слезами. — Да за что мне такая судьба?! В течение шести долгих лун я копила деньги, монетку к монетке! Экономила и не покупала себе самого необходимого — ни новых туфель, ни сумочек. Даже пирожные не покупала! А всё для того, чтобы сделать новую причёску. Знакомые по–секрету сообщили, что в Лимсу Ломинсу всего на один день приедет всемирно известный стилист и визажист. Я так мечтала… мечтала соседки охнут и ахнут от зависти. И вот, я прибежала на пирс встречать прибывающий паром. Но вместо стилиста наткнулась на этого мерзавца. Посмотрите на него! Ну какой он визажист?! Что вы стоите? Хватайте! Утопите его в море!

В это время к нам подошёл элизен, возмущаясь визгливым голосом:

— Ну, почему никто не хочет выслушать? Никто…

— Убери бритву, — перебил я его, пристально глядя ему в глаза.

— Но это мой инструмент! — возмутился он.

— А вот это мой! — я выхватил боевой топор и сделал ложный выпад.

Просвистевшее перед лицом элизена лезвие топора как нельзя лучше убедило его не возражать мне. Он сложил опасную бритву, сунул её в карман и покорно стоял, ожидая пока я разрешу ему говорить.

— Почему вы бегаете по городу с острой бритвой в руках? — спросил я.

— Что бы я ни говорил, никто меня не слушает! Округляют глаза от ужаса и начинают обвинять в каких–то немыслимых преступлениях. Клянусь, я совсем не тот, кем они меня обзывают! Сомневаетесь? Ну да, конечно! Вы тоже на их стороне! Ни одного сочувствующего! Вместо того, чтобы приветствовать меня Жанделена — известного художника макияжа и архитектора укладки волос… Вместо того, чтобы встречать с распростёртыми объятиями и устраивать городские гулянья, на меня вешают клеймо преступника, крадут орудия моего ремесла, презрительно относятся. Не могу, не могу вытерпеть подобной несправедливости! Свет меркнет, творческая душа угасает…

Казалось, он вот–вот разрыдается у меня на груди.

— Ещё раз, коротко, и про бритву, — попросил я.

— Меня обокрали пока я любовался великолепным морским закатом по прибытии в Лимсу Ломинсу. Весь мой багаж, деньги, инструменты… Утащили всё! Именно поэтому я не смог устроиться на постоялый двор и скитался по городу. На пристани нашёл вот эту старую бритву — наверное, какой–нибудь моряк потерял — заточил её и решил подзаработать денег простыми незатейливыми услугами — побрить кого–нибудь, подровнять волосы…

— Пойдёмте со мной! — предложил я стилисту.

— Правильно, правильно! Арестуйте его! — вставила свои пять монет успокоившаяся и осмелевшая лалафелька.

Думая, что его задержали стилист покорно поплёлся за мной на постоялый двор «Бизань».

— Миитесиин, найдётся свободная комната? Подойдёт самая маленькая, хоть кладовка! — попросил я владельца постоялого двора.

Миитесиин недоверчиво посмотрел на грязного, небритого, осунувшегося стилиста, стоящего рядом со мной.

— Я оплачу, — перехватил я взгляд владельца постоялого двора.

— Есть комнатка. Небольшая, но светлая. Вот ключ, — согласился Миитесиин.

— Идите в комнату, приведите себя в порядок и никуда не выходите до моего возвращения! Иначе, попадёте в настоящую тюрьму, — требовательно обратился я к стилисту.

Жанделен всхлипнул и кивнул в знак согласия с тем, что эта тюрьма его устраивает немного больше, чем настоящая.

— Гек, вы его поймали? — спешила ко мне через весь холл официантка.

— Поймали, Цу'доджби, поймали, — подтвердил я. — Пожалуйста, пошепчите по–секрету всему городу, что можно безбоязненно выходить на улицу и заниматься обыденными делами.

— А преступника охраняют? — покосилась на владельца постоялого двора Цу'доджби, словно сомневаясь, что здоровенный детина–ругадиин с кулаком размером с голову официантки сможет удержать хлипкого элизена.

— Лишние глаза не помешают, — решил я чем–то занять неуёмную активность официантки. — Следите, чтобы он случайно не вышел из камеры предварительного заключения.

— Мы с напарницей … будем следить в четыре глаза, — доверительно сообщила мне Цу'доджби.

— Замечательно! — одобрил я и отправился искать выход из глупой ситуации со стилистом.

Первое, что мне пришло в голову — поговорить в гильдии оружейников с мастером Ха'наанзой.

— Мастер вместе с коллегами обедает в ресторане «Бисмарк», — ответила помощница, узнав о моём желании встретиться с Ха'наанзой.

Дойдя до ресторана, я увидел столик за которым обедали гильдмейстеры Ха'наанза, Биатин и Сивириан.

— Моё почтение, уважаемые мастера! — поприветствовал я, подходя к ним. — Разрешите присесть? Хотелось бы с вами посоветоваться.

— Присаживайтесь, — любезно согласились они.

Подошла официантка и я заказал для себя апельсиновый сок.

— Так, что произошло?

— В городе паника, горожане предположили, что по улицам бродит маньяк–убийца. Я отловил этого странного типа, бегающего с опасной бритвой в руке. На убийцу он не похож, очень рассеянный и словоохотливый. Говорит, что его обокрали и он не может заниматься своим ремеслом. Называет себя стилистом…

— Жанделен? — прищурив один глаз, спросил Сивириан.

— Да, так он и представился, — подтвердил я.

Что тут началось! Смеховая истерика, не меньше! Мастера хохотали навзрыд, задыхаясь и держась за бока.

— Жанделен…, — сквозь хохот прорывались слова. — Опять… Ха–ха–ха!

— Этот элизен не преступник! — простонал от смеха мастер Биатин. — Он и правда стилист, и правда талантлив. Но такой… чудак! Совершенно не приспособлен к нормальной жизни. Когда он занят своим делом, творит чудеса, в остальное время — полный кретин!

— Целыми днями хнычет и ноет, что его не ценят…, — смахивая слезу от смеха, добавил мастер Сивириан.

— Ему бы отказаться от театральной драматичности и относиться к делу как к ремеслу, — вставила мастер Ха'наанза. — Обезопасил бы себя от недоразумений.

— Неделю назад я создал для него новую туалетную воду, — вздохнул Сивириан. — Сделал столько, что, наверное, хватило бы на год. И вот… всё украдено, можно начинать сначала…

— Значит, — подытожил я услышанное, — погрузив стилиста в непрерывное творчество, мы вернём городу благополучие?

— Коллеги, — вздохнула мастер Ха'наанза, — придётся приложить усилия ради спокойствия горожан. Давайте в очередной раз изготовим Жанделену комплект инструментов. А вы Гек, подумайте, где бы стилист смог заняться своим делом и как обеспечить непрерывный поток заказов? Примерно через час загляните в кузницу и заберите инструменты.

С наслаждением допив остатки апельсинового сока, я поблагодарил мастеров за поддержку и отправился в «Утопленницу».

— Сумасшедший в камере, сидит не высовывается, — доложила мне «надзирательница», а по совместительству официантка.

— Спасибо за службу, Цу'доджби! — поблагодарил я её. — Давайте я вас подменю! А вы займитесь делами паба, Бадерон вон какой злющий, волком смотрит!

Официантка поняла, что её роль в спектакле со стилистом сыграна, повернулась и нехотя отправилась на кухню.

— Миитесиин, у вас появилась возможность привлечь новых клиентов, — попытался я начать разговор издалека.

— А зачем? И так отбоя нет, — непонимающе посмотрел на меня владелец постоялого двора «Бизань».

Я понял свою ошибку и зашёл с другой стороны:

— А до вы делали до того, как стали управлять постоялым двором?

— Ходил в плавание… Начинал юнгой, бегал по вантам простым матросом… И кормчим приходилось и лоцманом… — вспоминал Миитесиин.

— И ведь на каждом корабле был свой корабельный цирюльник. Не так ли? — осторожно продолжал я.

— Как же без него! — согласился Миитесиин.

— Так скажите чем постоялый двор отличается от корабля? — поставил я вопрос ребром. — Почему у вас нет цирюльника?

Такой разворот поставил владельца отеля в тупик. Он смотрел на меня, моргал и порывался что–то сказать…

— Правильно! — добил я его. — Хорошая гостиница, как хороший корабль! Отведём цирюльнику каюту, пусть стрижёт и бреет!

— А этот…, — владелец ткнул в неопределённом направлении себе за спину, — точно не сумасшедший? Прирежет кого, а мне потом отвечать.

— Да, нормальный он! С прибабахом, как все цирюльники, — попытался я успокоить Миитесиина. — Для вашего спокойствия я испытаю его на себе, стану первым клиентом. Идёт?

— Идёт! — обрадовался ругадиин и, посмотрев на меня с сожалением, добавил, — Хотя мне вас в этой жизни будет не хватать!

— Схожу за инструментами и приступим! — сообщил я.

В кузнице меня встретила помощница мастера Ха'наанзы:

— Мастера изготовили то, что обещали, и отправились по своим делам. Вон те коробки на столе предназначены вам. Можете забрать!

— Передайте огромное спасибо мастерам! — поблагодарил я, взял упаковки и вернулся в гостиницу.

Я вошёл в комнату стилиста, тот тихо спал в кровати.

— Жанделен, проснитесь! — потряс я его за плечо. — Пора!

— Пора в тюрьму? — заспанным голосом протянул он.

— Нет, пора заниматься любимым делом. Посмотрите, что я принёс! Там на столе!

Полусонный стилист босиком дошлёпал до столу и открыл коробки.

— О! Не может быть! Свет возвращается в глаза мои! Отступает онемение пальцев! Я оживаю! — затеатралил он. — Какой великолепный инструмент! Ножницы, гребни, туалетная вода! Где вы их взяли? Купить подобное невозможно! Двенадцать лучезарных богов, вы ли нипослали подобное чудо?!

— Да нет! Оказалось достаточно всего трёх, — вставил я. — Одевайтесь, Жанделен! Пора творить!

— О, юноша! Как мне отблагодарить вас? В трудную для моей души минуту вы пришли на помощь, хотя весь мир отвернулся от меня! Когда меня, великого мастера, хотели отдать на съедение акулам! Когда…

— Хватит, хватит! — остановил я его, поняв, что водопад его слов может изливаться бесконечно. — Как ни странно, вы можете мне помочь. Сегодня вечером меня ждут на приёме у адмирала. Не могли бы вы меня причесать?

— Присаживайтесь, сюда, поближе к окну! — засуетился он. — Мой опыт визажиста позволит создать вам новый имидж! Вы станете…

— Нет–нет, никаких излишеств! Скромно причешите меня, чтобы не стыдно было появиться в высшем свете Лимсы Ломинсы.

— Классика! Обожаю классику! — воскликнул стилист.

Через полчаса я вышел от парикмахера в холл паба.

— Миитесиин, убедился? Ничего страшного не произошло! — поставил точку я в нашем разговоре с владельцем постоялого двора.

— Ищите свободный столик? — скучным голосом спросила подошедшая ко мне официантка. — Ой, Гек! Я вас не узнала! Вы так изменились! Будь я лалафелькой, непременно, бы в вас влюбилась!

— Да? — сделал я круглые глаза. — Вот сейчас и проверим. Скажите, бедная «жертва» нападения «маньяка» ещё не ушла?

— Нет, вон сидит за крайним столиком, — показала пальцем официантка. — Заказала бокал вина и роняет в него слёзы.

У дальней стены за столиком, на который указала официантка, сидела лалафелька и с горечью в голосе шептала:

— Что мне бедной делать? Пальцы жгут монетки. Не могу вернуться, засмеют соседки…

— Мы уладили недоразумение, — тихо, чтобы не напугать её, произнёс я. — Лучший в мире парикмахер готов создать из ваших волос своё лучшее творение.

— Вы кто? — встрепенулась она, всматриваясь в моё лицо. — Ой! Да вас не узнать, такой красивый! Ой! Простите… А кто вам… Ой, поняла! Где, где он?!

— Ждёт вас в помещении постоялого двора, — показал я пальцем правильное направление.

Не дослушав меня, лалафелька понеслась навстречу своей мечте. Через час, а может чуть дольше, из дверей постоялого двора, мило беседуя, вышли стилист и лалафелька.

— Как вы себя ощущаете в новом имидже? — самодовольно выспрашивал Жанделен.

— Ах, бу'то висела в пустоте и так, бряк об землю. Глядь, тут красиво! — поддерживала светскую беседу лалафелька. — Вы, таки, мессия причёсок, пришествие которого предсказывали газетные астрологи!

— Это так, мадам! Я величайший мастер! Красоте моих клиенток завидует сама богиня любви Минфина! — скромно согласился со своей собеседницей стилист. — И как ей не завидовать! Ведь всего час назад ко мне вошло посредственное серое убожество, а вышла возрождённая красота!

У лалафельки румянились от смущения щёки, широкая довольная улыбка расплывалась до ушей.

— Да чё там какая–то богиня! Вот соседки теперь от зависти сдохнут. Вот это да! — в восхищении несла она. — О, маэстро, когда мы встретимся вновь!

— В любой время, мадам! Вы спасли мою репутацию в этом городе. За это можете приходить без записи и вне очереди, — любезно разрешил Жанделен.

— Ничё себе! Да от подобной чести акулы в проливе Мерлтор всплывут кверху пузом! — вне себя от счастья воскликнула лалафелька.

— Эй, красавчик! Пора на сцену! — резкий голос Бадерона вернул меня на землю из заоблачных эмпиреев созерцания парикмахерской гармонии и социального спокойствия. — Иди переодевайся!

«Ошибся», — первое что я подумал, открыв дверь в свою комнату. Царил идеальный порядок, вещи стояли и лежали на своих местах, мой отутюженный вечерний костюм висел на вешалке в шкафу, под ним стояли начищенные до блеска туфли.

— О! Спасибо Чук! — эхом раздалось в пустой комнате моё восхищение умелыми ручками прислуги.

В новом наряде, в котором я чувствовал себя довольно неловко, я предстал перед Бадероном:

— Ну как?

— Блаймей! Фок–грот–брамсель мне в левое ухо! — восхищённо воскликнул бывший моряк. — Выглядишь как новая яхта в солнечный день! Ну чё ж, плыви в адмиральский залив! Бурю в паруса, попутного ветра в шляпу!

Спустившись по лестнице на первый этаж, я пересёк холл Бастиона и подошёл к служебному входу.

— Ваше приглашение? — остановил меня офицер в красном мундире.

— Вот, — протянул я карточку.

— Проходите, — вежливо открыл передо мной дверь военный.

Я вошёл в зал брифингов — квадратную комнату, посреди которой располагался большой круглый стол, покрытый жёлтой скатертью. Вопреки гурманским представлениям Бадерона, на столе стояли лишь вазы с фруктами и сладостями, да несколько бутылок вина. На каменной стене висела большая карта Ла Носки — южной части острова Вилбранд. Возле широкого окна танцевала пара лалафелей, развлекая публику.

Собравшиеся хорошо знали друг друга, обсуждали городские новости, переходили от группы к группе.

Среди них я увидел Я'столу, беседующую с коммодором Рейнером. Она приветливо, но очень сдержанно махнула мне рукой, а коммодор отдал салют, приложив два пальца к широкополой шляпе.

Красные широкие двери из кабинета резко распахнулись, слегка ударившись о стоящие у косяка напольные вазы с цветами. В зал решительно вошла адмирал. Разговоры стихли, приглашённые повернулись в её сторону.

Мерлвииб вышла на край подиума, помолчала и обратилась к присутствующим:

— Братья и сёстры моря! Мы собрались, чтобы отметить заслуги героев перед нашей великой нацией! Пираты с татуированными рожами, называвшие себя Налётчиками Змея… Сумасшедшие головорезы, продавшие тело и душу древнему демону Левиафану. На своём пути они не жалели никого! Но герои, один из которых присутствует сегодня среди нас — адмирал сделала приветственный жест в мою сторону — остановили их. Наши граждане могут спокойно заниматься повседневными делами, зная, что они в безопасности. Омерзительные синемордые псы мертвы и больше не утянут в темноту наших детей. Честь героям Лимсы Ломинсы! Пусть богиня Навигатор направляет и защищает их пути, пока море не поглотит нас!

Публика зааплодировала, раздались приветственные возгласы в мою честь. Неведомое ранее чувство гордости переполнило меня и выплеснулось наружу. Вспышка голубого света мелькнула надо мной.

— Какое необычное свечение! — отметила подошедшая ко мне Я'стола. — Что это?

Я полез в боковой внутренний карман и достал голубой кристалл.

— Помню этот кристалл, — кивнула ми'кошка. — Он достался вам в гроте Песня Моря — там, где мы победили взбесившегося гобу.

— Навигатор! Это один из кристаллов света? — с удивлением спросила Мерлвииб.

— Да, — подтвердила Я'стола. — Без сомнения! Только что вы купались в лучах Её.

— Гек, вы слышали о воинах света? — обратилась ко мне Мерлвииб.

— Нет, — покачал я головой. — Кто они?

— Откуда они пришли никто не знает, — поделилась адмирал. — Но с первых дней они стали на нашу защиту. Противостояли древним демонам, стараясь защитить нас от нравственного разложения. Присоединились к войскам альянса, когда гарлеанская армия вторглась в Эорзию. В последней битве на плато Картено они плечом к плечу сражались под нашими боевыми знамёнами за то, что нам дорого. Мы с гордостью называли их своими боевыми товарищами. Все, кто пережил ту битву, помнят о них. Однако, каждый раз, когда мы пытаемся произнести их имена, звук замирает в глотках. Всякий раз, когда мы пытаемся мысленным взором увидеть их лица, вспышка яркого света ослепляет нас. Поэтому, мы называем их воинами света. Спросите любого из тех, кто знал их, и услышите то же самое.

Адмирал внимательно смотрела мне в глаза.

— Хотя я не могу вспомнить лица боевых друзей, вы не один из них…

Мерлвииб положила мне руку на плечо. Горячая волна ударила мне в голову, в ушах раздались гулкие удары сердца, белый туман застелил глаза…